Утоли моя печали...

1997
Краткое содержание романа
Читается за 15 минут

Основное действие романа происходит в Москве 1899-1900 годов.

Глава первая

Наденька Олексина, младшая в семье, могла «стать балованной игрушкой» для старших братьев и сестёр, если бы на большую семью не свалилась череда несчастий. Сначала умерла мама, затем погиб на дуэли один из братьев. Старший брат, сбежавший из турецкого плена, застрелился, а сестра-народоволка подорвалась на бомбе, которую хотела бросить в губернатора. Не выдержав этих потрясений, умер отец.

В родовом имении Высоком остался Иван Олексин, потихоньку спивающийся из-за того, что его бросила невеста.

Продолжение пересказа после рекламы
Благодаря рекламе Брифли бесплатен

Наденьку воспитывала старшая сестра Варвара, жена миллионера Хомякова. Когда-то она вышла замуж за разорившегося купца и помогла ему подняться, заложив родовое имение.

Теперь Хомяковы жили в огромном московском особняке. Несмотря на богатство, в высшем обществе их не принимали: Хомяков был «из мужиков», а мать Варвары была крепостной. Наденьку Хомяков любил и считал своей воспитанницей.

В выпускном классе элитной женской гимназии Надя написала сказку, которую опубликовали в журнале. На волне успеха Наденька принялась строчить рассказы, но редакторы журналов отказались их публиковать. Хомяков считал, что Наденька исчерпала свой запас идей.

Вскоре Наденька поступила на частные курсы, где прослушала лекции о журналистике и твёрдо решила стать известной журналисткой.

В это время Наденька влюбилась в друга брата Георгия, подпоручика Одоевского. Георгий часто приводил приятеля к Хомяковым, но на Наденькин флирт он не поддавался, и та рыдала по вечерам в подушку. Сестра Варвара считала, что это счастливые слёзы, и «всё естественное — разумно», однако, не стоит строить семью на чувственном влечении.

Однажды дворецкий и доверенный человек Хомякова сообщил хозяину, что в пять часов утра из их дома вышел Одоевский. Горничная девушки Грапа была немедленно уволена, а Георгий, рискуя карьерой, вызвал Одоевского на дуэль.

Пуля Одоевского задела погон на плече Георгия, он же от выстрела отказался, за что был провозглашён героем. Хомяков сообщил обо всём генералу Фёдору Олексину — единственному из Олексиных, выбравшему придворную карьеру, из-за чего остальная семья относилась к нему с прохладцей. Генерал добился для брата перевода с повышением в чине.

Глава вторая

Для Нади наняли новую горничную, Феничку, с которой девушка быстро подружилась. Хомяков посчитал, что Наденька засиделась в девках, и решил устроить пышный рождественский праздник, чтобы подобрать для неё достойного жениха.

Наденька, притихшая и раскаявшаяся, не отказалась от мысли стать великой журналисткой.

Рождество Надя праздновать отказалась и уехала в Высокое, отмаливать прощение у могил родителей.

В Высоком тем временем объявился Беневоленский, муж Надиной сестры-народоволки, подорвавшейся когда-то на бомбе. Он сбежал из Якутии, с бессрочной каторги, и надеялся, что Олексины помогут ему с документами. Паспорт Беневоленскому выправил дворецкий, приехавший в поместье, чтобы организовать отдых для Наденьки.

Надя счастливо провела Рождество — украсила ёлку для крестьян, гадала с Феничкой в рождественскую ночь. Во время гадания надо было подслушивать под окнами, и Наденька услышала разговор между братом Иваном и Белеволенским, который заставил её задуматься. Беневоленский считал, что революция превратит русский народ в обезумевшую толпу.

Утром Наденька узнала, что ночью кто-то украл игрушки с украшенной для крестьян ёлки. Праздник был безнадёжно испорчен, и девушка вернулась в Москву.

Поплакав на могиле родителей, Надя рассказала сестре правду: она не спала с Одоевским, он просто просидел всю ночь в её комнате в присутствии горничной. Сделала она это из-за непонятного каприза.

Глава третья

Москва ждала коронации очередного императора. Все приготовления московский генерал-губернатор поручил Фёдору Олексину. Тот стал часто бывать у Хомяковых и рассказывать о безволии и пристрастии к алкоголю будущего императора Николая II.

Наденька отказывалась от праздника, пока Фёдор не ввёл в дом Хомяковых немолодого и богатого холостяка Вологодова. Фёдор рассказал о народном гулянии на Ходынском поле, которое состоится в честь коронации и пройдёт под охраной полиции.

Этот разговор навёл Надю на мысль устроить на Масленицу маскарад. Девушка поспорила, что Вологодов её не узнает.

Надя решила, что все дамы и их горничные на маскараде будут в глухих масках, чтобы ей и Феничке было удобнее поменяться местами. На маскараде Феничка блистала в костюме Семирамиды, а девушка прислуживала дамам под личиной услужливой горничной.

Реклама

Обман не удался — Вологодов узнал Наденьку.

Глава четвёртая

Развивать свой светский успех Надя отказалась, заявив, что хочет состояться как личность, а не найти богатого мужа.

Наступила весна. Целыми днями Надя и Феничка бродили по Москве, наблюдая, как артели рабочих украшают столицу для предстоящей коронации. Хомяков иронически считал все пышные приготовления судорогами «давно состарившегося русского самодержавия», а будущее России видел не в революции, а в экономических реформах.

Вологодов всё чаще появлялся у Хомяковых. Этот сдержанный человек, получивший в Англии образование и воспитание истинного джентльмена и переживший измену любимой, только сейчас понял, как одинок, и не упускал случая увидеть Надю.

Не подозревая о чувствах Вологодова, Наденька целыми днями пропадала на улицах, где познакомилась с нижегородским дворянином Иваном Каляевым. Девушки и молодой человек часто встречались. Надя показала ему город и познакомила с Хомяковыми.

Глава пятая

Чуть позже Хомяков познакомил Надю со своим старинным другом, известным журналистом и беллетристом Немировичем-Данченко.

Вологодов показал Наде, Феничке и Каляеву, как император прибывает на вокзал. Рассматривая пышный кортеж, Наденька ощутила священный трепет — на её глазах творилась История. Иван же назвал императорскую семью «немецкими курфюстами, дорвавшимися до русского престола».

Это высказывание Каляева показалось Наденьке злым и пафосным.

Глава шестая

Наденька перестала встречаться с Каляевым. Вместо прогулки по Москве, она отправилась на Патриаршьи пруды, где встретилась с Грапой, своей бывшей горничной, которую уволили из-за её каприза.

Коронацию Наде увидеть не удалось. Вечером Наденька и Хомяковы любовались иллюминацией московских улиц. В конце прогулки они встретили Немировича-Данченко и пригласили его на ужин, во время которого состоялся разговор о будущем России.

Хомяков считал, что в России нет равновесия между формой и содержанием — правящие круги поклоняются внешнему блеску и не видят народной нищеты. Это равновесие сложно восстановить постепенно, поэтому России грозит революция.

Надя спросила Немировича-Данченко, не составит ли он ей протекцию, как знаменитый журналист. Тот отказал, добавив, что барышни берут интервью только в Америке, а Наденька — «сказочница и по письму, и по натуре», вот пусть сказки деткам и пишет.

Глава седьмая

На следующий вечер Хомяковы отправились в Большой театр, где должно было состояться представление в присутствии императора. Надя же решила отправиться на Ходынское поле, потолкаться среди простого народа, написать отличную статью и доказать Немировичу-Данченко, что девица может стать журналистом.

На Ходынку Феничка и Надя, переодевшаяся гувернанткой, отправились ночью, хотя раздача императорских подарков и гуляние было назначено на десять часов утра. В глубоком овраге позади поля девушки обнаружили множество людей, тоже пришедших заранее и ночевавших у костров.

Побродив между костров до рассвета и наслушавшись разговоров, девушки решили вернуться домой. Они поднялись на Ходынку и оказались между двумя массами людей — одна поднималась из оврага, а другая шла из Москвы. Надю оторвало от Фенички, закрутило и сжало с неимоверной силой.

Человеческие течения увлекали Надю за собой. Она бежала в плотно сомкнутом ряду, мелко семеня, чтобы не упасть — падение означало смерть. Тысячи шаркающих ног поднимали над Ходынкой тучу мелкой пыли, которая мешала дышать.

Через некоторое время толпа выбросила уже почти ничего не понимающую Надю к горе трупов и ещё живых людей. Обойти её было невозможно, и девушка поползла по головам и спинам, а руки умирающих хватали её за одежду, волосы. Из последних сил, полуголая, девушка забралась под балаган и потеряла сознание.

А Феничку задавили в узком проходе между буфетами.

Глава восьмая

В театре Фёдор рассказывал Хомяковым о бесхребетном императоре с бегающими глазами, который слушается всех, и особенно своего родственника, московского генерал-губернатора.

В конце вечера стало известно, что обер-полицмейстер просил у генерал-губернатора солдат, чтобы окружить Ходынское поле, но тот выделил лишь взвод казаков — остальные войска были задействованы в парадах и смотрах. Утром он выделил ещё три нестроевых роты под командованием Николая Олексина, одного из братьев Наденьки, и запретил беспокоить императора.

Немирович-Данченко долго не мог поверить слухам о дикой давке на Ходынке, но вскоре увидел всё собственными глазами.

Трупы к этому времени были убраны, играл оркестр, в балаганах выступали клоуны, а помятые люди с отсутствующими лицами сидели на траве и молчали. Журналист заглянул в овраг позади поля и обомлел — он был полон раздавленных людей с синими лицами.

Знакомый клоун шепнул журналисту, что под балаганом лежит тело женщины, судя по белью, знатной. Вскоре Немирович-Данченко и Николай Олексин извлекли из-под балагана бесчувственную, чуть живую Наденьку.

Глава девятая

Доставив Наденьку в больницу, Немирович-Данченко сообщил о трагедии Хомяковым. Все последующие дни Варвара провела у постели сестры. Между тем журналист с Иваном Каляевым разыскивали тело Фенички. Вид сотен трупов сильно повлиял на Ивана — он ходил вдоль рядов с гробами и твердил: «Запомню. Уж это я запомню...».

Физических повреждений у Наденьки не нашли, но её нервная система сильно пострадала. Девушка не могла избавиться от воспоминаний о Ходынке.

Девушка научилась спасаться в воспоминаниях о своём детстве. С окружающими она не разговаривала и почти не спала — боялась, что ей присниться Ходынка. Она сознавала, что Фенички больше нет, но у неё ещё не было сил на терзания совести. Надя надолго погрузилась в состояние беспредельного ужаса.

А торжества по случаю коронации шли своим ходом, и вся Европа изумлялась «свинцовому безразличию» русского императора.

Глава десятая

Через несколько дней к Хомяковым явилась Грапа и попросила нанять её сиделкой. Скрепя сердце, Хомяков согласился, и Грапа поселилась в больнице, сменив Варвару.

Иван Каляев считал, что в Ходынской трагедии виноват московский генерал-губернатор.

Присутствие Грапы принесло Наденьке ощущение надёжности и покоя. Девушка смогла уснуть. Она всё больше погружалась в детские воспоминания и копила силы, чтобы пережить случившееся.

Глава одиннадцатая

Феничку похоронили. На отпевании Хомяков заметил, как изменился Иван Каляев — «в юноше уже образовалось нечто новое, что так просто зарубцеваться не могло». Хомяков решил серьёзно с ним поговорить, чтобы уберечь от ошибок.

После похорон к Хомяковым явился Фёдор, не подозревающий, что случилось с его младшей сестрой. Голова Фёдора была занята расписанием императорских развлечений, в котором не нашлось времени для посещения кладбища невинных жертв. Он так и не смог понять, как сильно пострадала Наденька.

Лечивший Надю профессор Пирогов считал, что девушка находится «в состоянии активного самоистязания» и винит себя в гибели Фенички. Чтобы придти в себя, ей надо выплакаться, но даже после этого девушка не станет прежней.

Всю глубину Надиной болезни понимал только влюблённый в неё Вологодов.

Глава двенадцатая

Каждый год Варвара отмечала годовщину смерти своей матери. В этом году она отменила поездку в поместье на могилы родителей, ограничилась панихидой.

Перед отъездом в Санкт-Петербург Иван Каляев явился попрощаться с Хомяковым. В петербургском университете он надеялся найти единомышленников, считающих, что надо менять форму, задавившую содержание. Хомяков понял, что опоздал с разговором — Иван повзрослел за считанные дни, и отговаривать его бесполезно.

Приехал старший брат Наденьки, мудрый толстовец, попробовал поговорить с сестрёнкой о душе, которая у неё так болела.

Наденька не нашла утешения в разговоре со старшим братом.

Братья Олексины решили забрать сестру домой, надеясь, что в родных стенах ей станет лучше.

Глава тринадцатая

Братья ошиблись: Надя была не готова к встрече с памятью о Феничке и впала в апатию, спасаясь от мук совести, ведь горничная погибла из-за её каприза. Она немного оживилась, узнав, что в Москву вместе с Иваном приехал Беневоленский. Надя сравнивала себя со своей сестрой, женой Беневоленского, упавшей на бомбу, чтобы спасти детей губернатора. Но Беневоленский не смог найти нужных слов и разубедить Надю, считавшую, что...

Девушка попросила удержать Ивана Каляева, который, в отличие от сестры-народоволки, сможет растоптать этот мир.

Расшевелить Наденьку смогла только жена брата Николая. Эта недалёкая мещаночка напомнила Наденьке о влюблённом в неё мужчине. Девушка встретилась с Вологодовым, который немедля предложил ей руку и сердце.

Глава четырнадцатая

Надя попросила у Вологодова время на размышления, а когда он, счастливый, ушёл, она со вздохом сказала: «Форму он любит... Значит, меня нет». Варвара поняла, что Надя боится принести Вологодову несчастье, как принесла его Феничке.

Вологодов уговорил Варвару отвезти сестру к опальному старцу Епифанию, сосланному в Соловецкий монастырь.

Этим летом Варвара впервые не поехала к сыновьям, которые жили и учились в Европе. Она отправила вместо себя мужа, а сама в сопровождении Вологодова повезла Надю в Соловецкий монастырь.

Узнав, что Хомяков едет в Европу, Беневоленский попросил взять его с собой. Он поклялся, что не является сторонником террора, а исповедует «поэтапное разрушение существующего строя».

Хомяков провёз Беневоленского через границу, как представителя своей фирмы.

Из Архангельска Надю переправили на Соловецкий остров. Перед этим девушка сказала Варваре, что сохранила разум, пожертвовав своими амбициями. Теперь она мечтает лишь о хорошем муже и здоровых детях, позаимствовав эту мечту у Фенички.

Епифаний, маленький, седенький старичок, запер Надю в глухой келье наедине с иконой Пресвятой Ярославской Заступницы и Утешительницы «Утоли моя печали». Только здесь Наденька смогла заплакать.

Рыдая, она вернулась к сестре, а когда успокоилась, согласилась стать женой Вологодова.

Эпилог

Надя стала строгой, неулыбчивой и очень религиозной. Вологодов любил её и всю жизнь надеялся, что Наденькина душа воскреснет, но чуда не произошло.

Хомяков подружился с Беневоленским, и вскоре его особняк начали посещать таинственные гости. Варвара перестала доверять мужу и вскоре с ним рассталась, а сыновья приняли её сторону. Оставшись один, Хомяков перебрался в Швейцарию, где застрелился.

Григорий Олексин подал в отставку, уехал воевать в Южную Африку и погиб в бою.

«Дело о трагических последствиях вследствие недостаточного соблюдения порядка при раздаче подарков на Ходынском поле» было спущено на тормозах и списано в архив.

Иван Каляев стал боевиком и убил виновника Ходынской трагедии, московского генерал-губернатора. Его арестовали на месте убийства и через несколько месяцев повесили.

В день его казни дочке Наденьки, Калерии Вологодовой, исполнилось пять лет...

Пересказала Юлия Песковая. Источник: Брифли.
Оцените пересказ:

Вопросы и комментарии

Что-то было непонятно? Нашли ошибку в тексте? Есть идеи, как лучше пересказать эту книгу? Пожалуйста, пишите. Сделаем пересказы более понятными, грамотными и интересными.

Что добавить?

Не нашли пересказа нужной книги? Отправьте заявку на её пересказ. В первую очередь мы пересказываем те книги, которые просят наши читатели.

Перескажите свою любимую книгу

В «Народном Брифли» мы вместе пересказываем книги. Каждый может внести свой вклад. Цель — все произведения мира в кратком изложении.