Капитализм участия . Глобальная экономика, которая работает на прогресс, людей и планету

Краткое содержание книги
Читается за 30 минут, оригинал — 12 ч

Что не так с современной экономикой

Вернемся в 1945 год

Чтобы понять положение дел в современной экономике, нужно вернуться в год, когда она зародилась, — 1945-й. Мир после войны стал двуполярным. С одной стороны, Америка помогала восстановиться разрушенной Европе, ссужая ее деньгами по плану Маршалла. С другой стороны, СССР установил в подконтрольных ему странах Восточной Европы коммунистическое правление — соцлагерь.

Западный капитализм и советский социализм вступили в соревнование, в котором западная модель одержала победу. Помимо экономической, для США и Европы была характерна и идеологическая свобода. Шваб вспоминает, что именно пребывание в США в 1960‑х заставило его поверить в сотрудничество государства и бизнеса, привело к идее капитализма заинтересованных сторон в целом и создания форума в Давосе в частности.

Но именно в 1970-е, в первые годы существования Всемирного экономического форума, стало понятно, что устойчивый порядок дает трещины. Росли цены на нефть, обострялись отношения с ближневосточными соседями. Большой бизнес все больше концентрировался на идее максимальной прибыли, а не на идеях взаимовыгодного партнерства с государством и обществом. Появление компьютеров и интернета привело к новой промышленной революции, но она не изменила установки западного капитализма.

После распада Советского Союза бывшие соцстраны стали сближаться, на мировую сцену вышли и развивающиеся рынки — Китай, Сингапур, Индия. Крупнейшие транснациональные компании все больше контролировали национальные экономики. 

К 2008 году глобализация достигла предела: грянул мировой экономический кризис, начавшийся с краха ипотечного рынка США. Мировая экономика от него так и не оправилась — в первую очередь потому, что продолжала работать по старым лекалам, игнорируя взаимную заинтересованность государств, бизнеса и общества.

В последние десятилетия миру удается богатеть только за счет неравенства. Госдолг во многих странах — на рекордном уровне: в начале 2020 года он составлял почти $90 трлн, а еще в 2011 году был в два раза меньше. Как и почему мировая экономика свернула не туда? Чтобы разобраться в этом, надо вспомнить о выдающемся экономисте Саймоне Кузнеце.


Как измерить благополучие нации?

Саймон Кузнец (1901–1985) — американский экономист русского происхождения, нобелевский лауреат по экономике 1971 года, один из тех ученых, благодаря которым экономика превратилась в строгую науку. Огромная заслуга Кузнеца в том, что он создал две базовые для всей современной экономики идеи. Огромная ирония судьбы в том, что его современники поняли эти идеи максимально неверно.

Идея первая: валовый внутренний продукт (ВВП). Именно Кузнец предложил это понятие. ВВП — рыночная стоимость всех произведенных в стране за год товаров и услуг. Этот показатель быстро стал главным показателем благополучия общества, хотя сам Кузнец так не считал. Напротив, он предупреждал: ВВП дает информацию лишь о потреблении, а не о благополучии людей. О производстве, но не об экологическом ущербе, который это производство наносит. О государственных расходах, но не о качестве жизни в целом.

Концепция ВВП неубедительна еще и потому, что сегодня рост производительности труда на Западе заметно снижается. Именно этот фактор — даже в большей степени, нежели демографический рост — сформировал послевоенное благополучие среднего класса в Америке и Европе. Производительность растет благодаря инновациям — скажем, фордовскому конвейеру или цифровым технологиям. Инновации позволяют работникам производить больше товаров за меньшее время, это, в свою очередь, позволяет компаниям повысить им зарплату. В США в 1950–60-е годы рост производительности составлял почти 3% в год. Именно тогда ученые и политики поверили в ВВП.

Правительства понимают, что темпы роста падают, но продолжают увеличивать госдолг. Как правило, этот долг низкокачественный: занятые деньги не идут на строительство инфраструктуры или инвестиции в образование. Пандемия только ухудшила ситуацию. Правительства стали печатать «вертолетные деньги», выплачиваемые гражданам в виде единовременных выплат. И тем самым создали еще больший долг.

Идея вторая: гипотеза об исчезающем неравенстве. Анализируя распределение доходов среди разных групп населения в 1940–50‑е, Кузнец предположил, что в странах на ранних ступенях экономического развития неравенство доходов сперва растет, но по мере роста экономики снижается. Словом, обществу какое-то время приходится терпеть ради неизбежного наступления золотых времен. Эту тенденцию часто изображают на графике в виде параболы и поэтому называют «кривой Кузнеца».

Сам автор вовсе не был убежден в том, что отмеченное им снижение неравенства в доходах в 1950-е станет постоянной чертой, он видел в этом временный эффект технологически более совершенного производства. Но эта теория невероятно вдохновила экономистов по всему миру — особенно после того, как Кузнец получил Нобелевскую премию. 

И все же гипотеза осталась гипотезой: если взять данные за 1980‑е или 1990-е годы, она перестает работать. Сегодня неравенство в высокоразвитых странах растет. Глобальное неравенство, может, и сократилось (благодаря невероятному успеху Китая), но неравенство внутри стран процветает. Яркий симптом — движение Occupy Wall Street. 

Продолжение — на Smart Reading
Зарегистрируйтесь на Smart Reading и получите доступ к этому и ещё 700 пересказам нонфикшен-книг. Все пересказы озвучены, их можно скачать и слушать фоном. Фрагмент озвучки:
Первые 7 дней доступа — бесплатно.

Понравился ли пересказ?

Ваши оценки помогают понять, какие пересказы написаны хорошо, а какие надо улучшить. Пожалуйста, оцените пересказ:

Аудиокнига

Капи­та­лизм все­об­щего блага. Новая модель миро­вой эко­но­мики
Аудиокнига. 12 ч 54 мин. Читает Павел Константиновский.
Бесплатный отрывок:
Купить
399 ₽, ЛитРес
Павел Константиновский
12 ч 54 мин

Электронная книга

Капи­та­лизм все­об­щего блага. Новая модель миро­вой эко­но­мики
Каждый раз, когда удается побеседовать с поистине интеллектуальным, образованным и одаренным человеком, невольно восхищаешься тем, как просто и понятно, без всякой напыщенности и самодовольства ему удается объяснять какие угодно сложные и недоступные в будничном понимании вещи – будь то технологические разработки, политические явления, экономические теории или же исторические процессы...

Читайте также