👵🏻 

Матрёнин двор

1959
Краткое содержание рассказа
Читается за 9 минут, оригинал — 1 ч
Изба М. В. Захаровой в деревне Мильцево Владимирской области

Очень кратко

Женщина всю жизнь работала в колхозе. Детей и мужа она потеряла, но сохранила доброту и бескорыстно всем помогала. После её нелепой и страшной смерти родные делят её дом и вспоминают о ней с укором.

Повествование ведётся от первого лица. В рассказчике угадывается сам Солженицын, который после восьми лет исправительно-трудовых лагерей был сослан на вечное поселение в пустынный казахский аул, но ссылка была снята, он вернулся в РСФСР и поселился в деревне. Деление пересказа на главы — условное, в оригинале — три главы без названий.

Приезд в деревню

Летом 1956 года Игнатич возвращался в советскую Россию.

Игнатич — рассказчик, мужчина средних лет, бывший заключённый, школьный учитель

После жизни в пыльной горячей пустыне ему хотелось поселиться посреди прохладных лиственных лесов, «затесаться и затеряться в самой нутряной России».

В областном центре он попросился на должность учителя математики где-нибудь подальше от города, и его отправили в место со странным названием Торфопродукт.

Торфопродукт оказался железно­дорожной станцией, с которой невозможно уехать — там никогда не было билетов. Посёлок стоял между торфяными низинами, по вечерам в клубе там играла громкая музыка, а местные пьяницы пыряли друг друга ножиками. Игнатич уже начал жалеть о тишине азиатской пустыни, когда на местном базарчике познакомился с женщиной и узнал от неё, что за посёлком есть целый ряд небольших деревенек.

Дом Матрёны

Новая знакомая отвела Игнатича в деревушку Тальново, где он снял угол в доме у пожилой Матрёны Васильевны.

Матрёна Васильевна Григорьева — одинокая женщина лет шестидесяти с лучезарной улыбкой, простая, честная, бескорыстная, доброже­ла­тельная, всегда готовая помочь

Дом состоял из просторной избы с печью и отдельной горницы.

Женщина предупредила, что готовить не умеет. Продуктов в Торфопродукт почти не привозили, и люди ели в основном картошку, сдобренную комбини­рованным жиром.

Но Игнатич всё равно остался в Матрёниной избе — это была та самая «кондовая Россия», которую он искал.

Здоровье и вера

Матрёна в тот момент болела — эта хворь налетала на неё неожиданно и укладывала в постель на несколько дней. Когда в Матрёнину жизнь «врывалась временами тяжёлая немочь», за ней ухаживала близкая подруга Маша.

Маша — близкая подруга Матрёны, дружат с детства, опекает подругу, ухаживает за ней во время приступов болезни

Фельдшерицу вызвали только однажды. Она заставила Матрёну сдать анализы, посылала их в районную больницу, но дело заглохло.

Матрёна рассказывала, какие тяжёлые мешки таскала в молодости и как однажды остановила на ходу испуганного коня. Но бесстрашной она не была — боялась пожара, молний и поездов.

На Крещение Матрёна ходила в церковь за святой водой, но не была особенно религиозной, скорее даже суеверной язычницей.

Только в этом году святой воды ей не досталось: кто-то забрал её котелок.

Работа в колхозе и отношение к деньгам

Денег она не получала многие годы — пенсии ей не платили, родные почти не помогали.

Всю осень Матрёна добивалась пенсии и ходила по инстанциям за много километров от дома. Обнаружилось много несправед­ливостей — женщина была больна, но инвалидом не считалась; всю жизнь проработала в колхозе, а не на заводе, поэтому пенсия ей полагалась только за утерю кормильца. Мужа у Матрёны не было уже пятнадцать лет, и теперь добыть справки о его стаже было нелегко.

Остальное время она занималась хозяйством — копала картошку, добывала сено для единственной козы, подворовывала торф у треста, чтобы не замёрзнуть зимой.

Новый председатель урезал Матрёнин огород, оставив ей пятнадцать соток неплодородной песчаной земли, и за эти сотки заставлял её работать на колхоз бесплатно.

Соседям Матрёна тоже в помощи не отказывала — её звали копать картошку, вспахать огород. Денег за помощь она не брала, отказывалась.

К зиме жизнь Матрёны наладилась — ей стали платить пенсию, да и от жильца плата шла. Она справила себе валенки и пальто, в подкладку которого зашила двести рублей — себе на похороны.

Молодость, Фаддей и замужество

О прошлом Матрёна своего жильца не расспрашивала — тот сам сообщил ей, что много лет провёл в тюрьме. Игнатич тоже «не бередил её прошлого», даже не предполагая, что в жизни Матрёны было что-то значительное.

Однажды к Игнатичу пришёл Фаддей Григорьев и попросил поставить хорошую оценку своему сыну — самому злостному двоечнику в классе.

Фаддей Григорьев — высокий старик с чёрными волосами, чёрными широкими бровями и чёрной густой бородой, жадный, вспыльчивый, жестокий

Борясь за высокий процент успеваемости, районные школы переводили из класса в класс даже самых отпетых двоечников, но Игнатич не хотел ставить незаслуженные оценки и отказал.

Поздно вечером Матрёна призналась, что когда-то чуть не вышла за Фаддея замуж, но он не вернулся с Первой мировой войны. Прождав три года, Матрёна вышла замуж за его младшего брата Ефима и переехала в дом, где и прожила всю жизнь — раньше он принадлежал Григорьевым.

Ефим Григорьев — муж Матрёны, брат Фаддея, пропал на войне

Летом сыграли свадьбу, а осенью Фаддей вернулся из венгерского плена. От злости он чуть не зарубил топором Матрёну и родного брата.

Жениться на местной Фаддей не стал, разыскал в соседней деревне невесту с именем Матрёна, построил отдельную избу, наплодил детей. Сама Матрёна рожала шесть раз, и ни один ребёнок не выжил. Потом Ефим ушёл на Вторую мировую войну и пропал. Оставшись одна в огромной избе, Матрёна взяла на воспитание дочку Фаддея Киру и недавно выдала её замуж за молодого машиниста.

Кира — младшая дочь Фаддея, воспитанница Матрёны, добрая, заботливая

Теперь только Кира помогала одинокой старухе.

Трагедия на железно­дорожном переезде

Матрёна завещала Кире часть своего дома — горницу. Через несколько дней мужу Киры выделили участок земли. Чтобы удержать его, надо было срочно что-нибудь построить, но лес на торфяниках давно вырубили. К Матрёне зачастил Фаддей с просьбой отдать горницу, и та согласилась.

Февральским утром Фаддей с сыновьями мигом разобрали строение, но вывезти брёвна сразу не удалось — разыгралась метель, потом началась оттепель. Трактор с большим санным прицепом приехал только через две недели. Весь сруб на санях не уместился, и сыновья Фаддея на скорую руку сколотили ещё одни сани. Две ходки трактористу делать не хотелось, поэтому к трактору привязали оба прицепа.

Выехали поздно вечером, угостившись самогоном. Матрёна увязалась следом. Ночью к рассказчику пришли четверо в железно­дорожных шинелях. Пришедшие начали расспрашивать, с этого ли двора уезжал трактор и пил ли тракторист перед отъездом. О пьянке Игнатич умолчал, а после ухода незваных гостей бросился убирать остатки попойки. Железно­до­рожники ничего не объяснили, о беде рассказала прибежавшая вскоре Маша.

На переезде через рельсы самодельные сани застряли и начали разваливаться, Матрёна бросилась помогать мужикам. В это время со стороны станции шли два сцепленных паровоза с выключенными фарами, налетели на сани и раздавили суетившихся возле них людей, в том числе и Матрёну.

Похороны и раздел имущества

Отпевали и оплакивали Матрёну на следующий день. Хозяйством мигом завладели три её сестры, о которых раньше и слышно не было. Кирин муж, машинист, попал под суд, поскольку должен был предупредить о перевозке брёвен через пути, но не сделал этого.

Искорёженные рельсы на переезде ремонтировали три дня. Ремонтники грелись у костров, сложенных из остатков горницы, а первые, уцелевшие сани так и остались стоять у переезда и это терзало душу жадного Фаддея. Получив, наконец, разрешение, он свёз остатки горницы к себе во двор, а на следующий день похоронил сына и женщину, которую когда-то любил. Из Матрёниного наследства ненасытный старик вытребовал себе сарай, где жила коза, и забор, остальное разобрали сёстры. Искренне горевала по Матрёне только Кира.

Избу Матрёны заколотили, и Игнатич переселился к одной из её родственниц. Та рассказала об умершей много нового. Муж Матрёну не любил и имел любовницу; хозяйкой она была плохой, нечисто­плотной, за достатком не гналась и бесплатно помогала чужим людям.

Игнатич слушал эти неодобри­тельные речи и вспоминал чудесную женщину, которая о людях думала больше, чем о вещах, бесплатно работала на других, и, брошенная мужем, похоронившая шестерых детей, осталась открытой и общительной.

За основу пересказа взята редакция рассказа из собрания сочинений в 30 томах, 2006 г.

Реклама:

🙏 Оцените пересказ

Мы смотрим на ваши оценки и понимаем, какие пересказы вам нравятся, а какие надо переписать. Пожалуйста, оцените пересказ:

💬26 ком­ментариев
Благодаря рекламе Брифли бесплатен:

Экранизация 🎥