Самые искусные мастера собрались и ушли из города. Одни думали, что они отправились поклониться святым местам перед работой, а другие полагали, что мастера сбежали, испугавшись сложной задачи.

Деление пересказа на главы — условное.
Тульские мастера покидают город
После отъезда Платова трое самых искусных тульских оружейников, среди которых был и косой левша, попрощались со своими семьями и товарищами.

- Левша
- — тульский мастер, косой, на щеке родимое пятно, волосы на висках во время ученья выдраны; бедный, большой патриот; его имя в повести не упоминается.
…попрощались с товарищами и с своими домашними да, ничего никому не сказывая, взяли сумочки, положили туда что нужно съестного и скрылись из города.
Слухи о мастерах
Горожане заметили, что мастера отправились не в Московскую заставу, а в противоположную сторону — Киевскую. Это породило слухи, что оружейники отправились поклониться покойным угодникам и посоветоваться с кем-либо из живых святых отцов, которых в Киеве всегда было в избытке.
Такое предположение было близко к истине, но не являлось ею полностью. На самом деле у мастеров не было на это времени: им пришлось бы за три недели пройти пешком слишком большое расстояние, вернуться обратно, да ещё выполнить обещанную работу. Мастерам было бы гораздо удобнее отправиться на богомолье в Москву, где тоже проживало немало святых, либо в город Орёл.
Этакого пути скоро не сделаешь, да и сделавши его, не скоро отдохнёшь — долго ещё будут ноги остекливши и руки трястись.
Это делало версию о паломничестве в Киев маловероятной, учитывая срочность задачи, стоявшей перед мастерами.
Неосновательные подозрения
Некоторые считали, что оружейники лишь хвастались перед Платовым своим мастерством и возможностями. Хорошенько всё обдумав и поняв, что не смогут выполнить порученную работу, они струсили и попросту сбежали, прихватив с собой и царскую золотую табакерку, и драгоценный футляр вместе с металлической блохой.
Однако такое предположение было тоже совершенно неосновательно и недостойно искусных людей, на которых теперь почивала надежда нации.