Николай Георгиевич Гарин-Михайловский
Н. Г. Гарин-Михайловский
1852−1906

Детство Тёмы

1892
Краткое содержание повести
Читается за 5–10 мин
Оригинал — за 3−4 ч

Действие проис­ходит в доме Карта­шевых. Глава семей­ства — отставной генерал Николай Семе­нович Карташев. Суровый характер и выправка нико­ла­ев­ского гене­рала Карта­шева-стар­шего дают вполне опре­де­лённое направ­ление воспи­танию детей, среди которых Тёма, старший в семье из маль­чиков, оказы­ва­ется главным «поджи­га­телем обыч­ного возбуж­дения», а значит, его шалости стано­вятся пред­метом наиболее присталь­ного внимания его отца, сопро­тив­ля­ю­ще­гося «сенти­мен­таль­ному» воспи­танию сына, «выра­ба­ты­ва­ю­щего» из него «противную слюнявку». Однако мать Тёмы, Аглаида Васи­льевна, женщина умная и тонко обра­зо­ванная, придер­жи­ва­ется иного взгляда на воспи­тание собствен­ного сына. По её мнению, любые воспи­та­тельные меры не должны уничто­жить в ребёнке чело­ве­че­ского досто­ин­ства, превра­щать его в «огажен­ного зверё­ныша», запу­ган­ного угрозой телесных нака­заний. Вось­ми­летний Тёма, оказав­шись между двумя полю­сами пони­мания роди­тель­ского долга и объясняя свои поступки себе и окру­жа­ющим, пыта­ется прогно­зи­ро­вать реакцию каждого из роди­телей.

Такова первая встреча с героем, когда он, случайно сломав любимый цветок отца, не может честно признаться в своём поступке: страх перед жесто­ко­стью отца превос­ходит доверие к мате­рин­ской спра­вед­ли­вости. В этом заклю­ча­ется причина всех после­ду­ющих «подвигов» героя: немыс­лимый галоп на жеребце Гнедко, разо­рванная юбка бонны, разбитый судок и, наконец, укра­денный сахар — вся «повесть груст­ного дня» — первого дня повест­во­вания, закан­чи­ва­ю­ще­гося для Тёмы суровым отцов­ским нака­за­нием. Недобрая память о подобных экзе­ку­циях сохра­нится у Тёмы на долгие годы. Так, спустя почти двадцать лет случайно оказав­шись в родном доме, он вспо­ми­нает место, где его секли, и собственное чувство к отцу, «враж­дебное, никогда не миря­щееся».

В этот ранний период для матери Тёмы важно то, что, «несмотря на всю суто­локу чувств» и разно­об­разие детских впечат­лений, дающих повод не только к капризам, но и к самым необ­ду­манным поступкам, в груди её сына «сидит горячее сердце». Внима­тельная, но требо­ва­тельная любовь Аглаиды Васи­льевны находит отклик в душе маль­чика, с готов­но­стью расска­зы­ва­ю­щего ей историю своих несча­стий. После искрен­него признания и раска­яния Тёма испы­ты­вает особенно возвы­шенные чувства, но, нахо­дясь в эмоцио­нально возбуж­дённом состо­янии от пере­не­сённых физи­че­ских стра­даний, след­ствием которых стано­вится и после­ду­ющая болезнь, он прояв­ляет бездумную храб­рость и совер­шает по-насто­я­щему отважный поступок.

«Набе­до­ку­ривший бало­вень» вспо­ми­нает о своей любимой соба­чонке Жучке. Узнав от няни, что «какой-то ирод» бросил её в старый коло­дезь, Тёма сначала во сне, а затем и наяву спасает свою люби­мицу. Воспо­ми­нания о чувстве отвра­щения от сопри­кос­но­вения с «вонючей поверх­но­стью» и «слизи­стыми стен­ками полу­сгнив­шего сруба» надолго оста­лись в памяти Тёмы. Этот эпизод окажется настолько сильным эмоцио­нальным впечат­ле­нием, что в даль­нейшем сквозь призму произо­шед­шего с ним той памятной летней ночью герой интер­пре­ти­рует все самые сложные обсто­я­тель­ства собственной жизни (например, в третьей части тетра­логии герой заболе­вает сифи­лисом — в прощальной записке к матери он срав­ни­вает себя с Жучкой, брошенной в коло­дезь).

Тогда Тёмины «подвиги» закан­чи­ва­ются ледяным компрессом, горя­чечным бредом и несколь­кими неде­лями тяжёлой болезни. Однако здоровый орга­низм ребёнка берет верх — следует выздо­ров­ление, а тёплая, по-осен­нему прими­ря­ющая погода создаёт у героя такое настро­ение, когда «вокруг все то же», «все радует своим одно­об­ра­зием» и снова есть возмож­ность «зажить одной общею жизнью».

Выздо­ров­ление Тёмы совпа­дает с ещё одним важным, не считая пред­гим­на­зи­че­ских ожиданий и приго­тов­лений, собы­тием. Тёме разре­шают посе­щать «наёмный двор», пустырь, сдавав­шийся в аренду отцом Карта­шева, где он мог целыми днями «носиться с ребя­тиш­ками», «отдаться ощуще­ниям жизни своих новых прия­телей»: их играм в «дзигу» (вид волчка), вылазкам на клад­бище и прогулкам к морю. Так прошло ещё два года привольной жизни, и «подо­спела гимназия». Тёма выдер­жи­вает экзамен в первый класс — начи­на­ются первые страхи перед «свирепым лати­ни­стом» и обожание добро­душ­ного учителя есте­ственной истории, возни­кает острота первых друже­ских пере­жи­ваний. Но посте­пенно эмоцио­нальный подъем сменя­ется более ровным, будничным настро­е­нием, и тянутся дни, «бесцветные своим одно­об­ра­зием, но и сильные, и беспо­во­ротные своими резуль­та­тами».

На фоне обще­по­зна­ва­тельных впечат­лений особенное значение имеет обре­тение в лице «доброго и крот­кого» одно­класс­ника Иванова друга, который оказы­ва­ется, по срав­нению с Тёмой, довольно начи­танным маль­чиком. Благо­даря ему во втором классе Карташев читает Майн Рида и Гоголя. Однако после непри­ятной истории Иванова исклю­чают из гимназии, и дружба между ними прекра­ща­ется: не только из-за отсут­ствия общих инте­ресов, но и потому, что Иванов стано­вится свиде­телем мало­душ­ного поступка своего друга. Для Тёмы это испы­тание не закан­чи­ва­ется разрывом с Ивановым: в классе за ним закреп­ля­ется репу­тация «выдав­шего», и ему прихо­дится пере­жить несколько дней «тяжё­лого одино­че­ства».

Впрочем, с Ивановым Тёма ещё встре­тится в своей жизни, учась в Петер­бурге, а между тем у него появ­ля­ются новые прия­тели, с кото­рыми, преис­пол­ненный аван­тюрно-роман­ти­че­ских мечтаний, он строит планы побега в Америку, чтобы не идти «избитым путём пошлой жизни». Прия­тели, увле­чённые стро­и­тель­ством лодки для морского путе­ше­ствия, прояв­ляют значи­тельно меньшее рвение к учёбе. Резуль­татом этого стано­вятся отри­ца­тельные оценки в гимна­зи­че­ском журнале. Тёма скры­вает свои «успехи» от домашних, поэтому после­ду­ющие события оказы­ва­ются для них полной неожи­дан­но­стью. «Америка не выго­рела»; компания заслу­жила прозвище «амери­канцев», а тем временем подошло время экза­менов, когда обна­ру­жи­лось общее безделье. Страх прова­литься на экза­менах рождает у Карта­шева различные фантазии, среди каковых оказы­ва­ется мысль о «само­убий­стве» посред­ством «глотанья спичек», счаст­ливо и без послед­ствий закон­чив­шееся. Тёма сдаёт экза­мены и пере­ходит в третий класс.

Именно на это время прихо­дится сбли­жение Тёмы с отцом, который стал мягче, ласковее и все более искал обще­ства семьи. Прежде немно­го­словный Карташев-старший расска­зы­вает сыну о «походах, това­рищах, сраже­ниях». Но сильный орга­низм Николая Семе­но­вича начи­нает изме­нять ему, и вскоре шумный и весёлый дом Карта­шевых напол­ня­ется «рыда­ниями осиро­тевшей семьи».

Этим печальным собы­тием закан­чи­ва­ется первая часть тетра­логии, а во второй книге — «Гимна­зисты» — чита­тель встре­ча­ется с Тёмой Карта­шевым — учеником шестого класса.  Автор пересказа: Т. М. Маргулис

Источник: Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XIX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1996. — 832 с.
Рассказать друзьям:
Нашли опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо.

Читайте также

Сергей Тимофеевич Аксаков
Аксаков
В книге, в сущности мему­арной, описы­ва­ются первые десять лет жизни ребёнка (1790-е гг.), прове­дённые в Уфе и деревнях Орен­бург­ской губернии...
Николай Георгиевич Гарин-Михайловский
Гарин-Михайловский
Именно в этой части повест­во­вания скла­ды­ва­ется основной круг друзей глав­ного героя (компания, состо­ящая из Карта­шева, Корне-ва, Долбы, Беренди, Ларио и Дарсье) и общих с ними инте­ресов...
Марк Твен
Твен
Итак, Гек возвра­ща­ется к доброй вдове Дуглас. Вдова встре­чает его со слезами и назы­вает заблудшей овечкой — но это, конечно, не со зла...
Что непонятно? Что упущено? Что можно улучшить? Все отзывы читаем, публикуем только полезные и интересные.