кадр из фильма «Князь Игорь» (1969)

Слово о полку Игореве

XII в.
Краткое содержание поэмы
Читается за 5–10 мин
Оригинал — за 15 мин

«Слово» начи­на­ется вступ­ле­нием — обра­ще­нием к вели­кому певцу древ­ности Бояну. Beщий Боян, когда начинал песнь, расте­кался мыслью по древу, мчался серым волком по земле, парил сизым орлом под обла­ками... Автор же «Слова» хочет писать просто, «по былинам сего времени». Повесть его разво­ра­чи­ва­ется «от старого Влади­мира» (Моно­маха) «до нынеш­него Игоря», который задумал в одиночку, с немно­гими роди­чами, вернуть Руси землю поло­вецкую до самого Чёрного моря.

В самом начале Игорева похода случи­лось затмение солнца, но князь прене­брёг этим дурным знаме­нием: все превоз­могла жажда «иску­сить Дона Вели­кого». Он сказал краткую речь дружине своей и отпра­вился в поход. Солнце ему тьмой путь засту­пало, ночь, стонавшая грозою, птиц разбу­дила, звери ревели, языче­ский бог — Див с вершин дере­вьев преду­пре­ждал дальние земли о походе. Половцы побе­жали напе­ререз Игорю к Дону: скрипят телеги в ночи, как распу­ганные лебеди. «О Русская земля! Уже ты за холмом!»

Утром в пятницу русские полки побе­дили половцев, взяли богатую добычу — красных девушек поло­вецких, а с ними золото, и паво­локи, и дорогие акса­миты. Но на другое утро внезапно подошли главные силы половцев под пред­во­ди­тель­ством ханов Гзака и Кончака. «Кровавые зори свет возве­щают; чёрные тучи с моря идут, хотят прикрыть четыре солнца» (четырёх русских князей). Со всех сторон они обсту­пили русские полки на реке Каяле (где она нахо­дится, неиз­вестно). Нача­лась кровавая битва, какой не видано было во времена самых страшных войн на русской земле, при Олеге Свято­сла­виче — Гори­сла­виче. Храбрей всех сражался брат Игоря Буй-Тур Всеволод. Два дня продол­жа­лась битва, на третий к полудню пали Игоревы стяги. «Тут пир окон­чили храбрые русичи: сватов напоили, а сами полегли за землю Русскую». Братья разлу­чи­лись; Игорь попал в плен. Деревья от горя к земле прик­ло­ни­лись...

Неве­сёлое время настало. Сказал брат брату: «Это моё, и то моё же». И начали князья про малое гово­рить: «Это великое» — и сами на себя крамолу ковать. А поганые со всех сторон прихо­дили с побе­дами на землю русскую.

Игорева храб­рого полка не воскре­сить. Великая печаль настала по всей русской земле: «Игорь-князь погубил то, чего добился отец его Свято­слав Ольгович, пленивший поло­вец­кого хана Кобяка. Побе­жали поганые на русскую землю, брали дань по бели­чьей шкурке от двора».

А киев­ский князь Свято­слав видел смутный сон: одевали его черным покры­валом на кровати тисовой, черпали синее вино, с горем смешанное, сыпали пустыми колча­нами крупный жемчуг на грудь. Всю ночь с вечера серые вороны граяли и понес­лись к синему морю. Бояре расска­зали князю об Игоревом пора­жении.

Тогда великий Свято­слав изронил златое слово, со слезами смешанное. Упрекнул он Игоря и Всево­лода: рано начали они поло­вецкую землю воевать, а себе славы искать. Князья теперь Свято­славу не в помощь: худо времена обер­ну­лись; в городе Римове кричат под мечами поло­вец­кими, а Владимир (князь Владимир Глебович) под ранами. Свято­слав обра­ща­ется ко всем князьям земли русской: не придут ли они на помощь? Ведь великий князь Всеволод Большое Гнездо может Волгу вёслами раскро­пить, а Дон шлемами вычер­пать. Храбрых Рюрика и Давыда Рости­сла­вичей воины золо­чё­ными шлемами по крови плавали. Галицкий Ярослав Осмо­мысл высоко сидит на злато­ко­ваном столе, подпёр горы Угор­ские своими желез­ными полками, затворил Дунаю ворота. Всех их, а с ними и волын­ских, и полоцких князей зовут отомстить за землю Русскую, за раны Игоревы, храб­рого Свято­сла­вича. Ведь уже и Сула не защи­щает от Пере­я­с­лава, и Двина Полоцка. Только князь Изяслав Василь­кович (из рода полоцких князей) позвонил острыми мечами о шлемы литов­ские, а сам изронил жемчужную душу из храб­рого тела чрез златое ожерелье.

Свято­слав или автор (где конча­ется «златое слово», из текста неясно) призы­вает потомков Ярослава Мудрого и Всеслава Полоц­кого прекра­тить вражду между собой. Следует рассказ о Всеславе — князе-колдуне, как он за ночь скакал от Полоцка до Киева, от Белго­рода до Новго­рода. Из-за него на реке Немиге снопы стелют голо­вами, молотят булат­ными цепями, на току жизнь кладут, веют душу от тела. Всеславу в Полоцке звонили заут­реню у Святой Софии, а он в Киеве звон слышал. Ему-то Боян сказал припевку: «Ни хитру, ни горазду, ни птицею горазду суда Божия не минути».

Ярославна, жена князя Игоря, рано плачет в Путивле на город­ской стене, ее голос слышится на Дунае. «Полечу, — говорит, — кукушкой по Дунаю, омочу рукав в Каяле реке, утру князю кровавые раны на измож­дённом теле». Ярославна жалу­ется ветру — что он ее веселье по степи развеял? Просит Днепр-Славутич: «Верни, господин, моего люби­мого ко мне». Взывает к свет­лому и трисвет­лому солнцу: «Всем ты тепло и красно, почему же простёрло горячие свои лучи на княжьих воинов?»

Прыс­нуло море в полу­ночи, идут смерчи обла­ками. Игорю Бог кажет путь из земли Поло­вецкой на землю Русскую, к отече­скому золо­тому столу. Игорь спит и не спит — меряет мыслью поля от вели­кого Дона до малого Донца. Полов­чанин Овлур свистнул ему за рекой. Князь Игорь поскакал горно­стаем к трост­никам, белым гоголем на воду, побежал к Донцу, полетел соколом под обла­ками. А когда Игорь соколом летел, Овлур волком бежал.

Донец сказал Игорю: «Княже Игорь! Немало тебе величия, а Кончаку нелюбия, а Русской земле веселия!» Игорь отвечал: и тебе, Донец, немало величия: ты лелеял князя на волнах, стлал ему зелёную траву на своих сереб­ряных берегах, одевал тёплыми тума­нами под зелё­ными дере­вьями. Не то река Стугна: пожрала чужие корабли, затво­рила путь юноше князю Рости­славу, и плачется теперь его мать...

Вслед за Игорем броси­лись Гзак с Кончаком. Тогда вороны не каркали, галки замолкли, сороки не трещали — только змеи ползали и дятлы путь к реке казали. Гзак сказал Кончаку: «Если сокол летит к гнезду — расстре­ляем соко­лёнка (сына Игоря Влади­мира) золо­чё­ными стре­лами». Кончак отвечал: «Опутаем соко­лёнка красною девицею». Гзак говорит: «Если опутаем соко­лёнка красною девицею — не будет нам ни соко­лёнка, ни девицы, начнут нас птицы бить в поле Поло­вецком».

Солнце светится на небе — Игорь-князь в Русской земле. Девицы поют на Дунае — разве­ва­ются голоса до Киева. Игорь-князь едет по Бори­чеву взвозу к святой Бого­ро­дице Пиро­гощей. Страны рады, грады веселы. Слава Игорю Свято­сла­вичу, Бую-Туру Всево­лоду, Влади­миру Игоре­вичу! Князьям слава и дружине! Аминь.  Пересказал Н. Н. Зубков

Источник: Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русский фольклор. Русская литература XI−XVII вв. / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1998. — 608 с.
На обложке: кадр из фильма «Князь Игорь» (1969)
Рассказать друзьям:
Нашли опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо.

Читайте также

Денис Иванович Фонвизин
Фонвизин
Деревня поме­щиков Проста­ковых. Госпожа Проста­кова в гневе: крепостной портной Тришка, считает она, сшил слишком узкий кафтан её люби­мому сыну, шест­на­дца­ти­лет­нему недо­рослю Митро­фа­нушке...
Александр Сергеевич Грибоедов
Грибоедов
Ранним утром служанка Лиза стучится в спальню к барышне. Софья откли­ка­ется не сразу: она всю ночь бесе­до­вала со своим возлюб­ленным, секре­тарём отца Молча­линым, живущим в этом же доме...
Михаил Юрьевич Лермонтов
Лермонтов
1830-е годы. Заво­е­вание Кавказа, знавшее куда более «бурные дни», близится к завер­шению. «Чуждые силы», конечно, тяготят «край воль­ности святой», и он, есте­ственно, него­дует, ...
Что непонятно? Что упущено? Что можно улучшить? Все отзывы читаем, публикуем только полезные и интересные.